Евгений Карамьян (редакция Е. Ихлов) – “НОВОРОССИЯ” – ЧЕКИСТО-ФАШИСТСКИЙ ФИЛИАЛ ПУТИНИЗМА (часть 4) 18+

23.06.2018 0 Автор Taran

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

[внимание, описание крайних жестокостей 18+]

Предисловие. Это следующая серия замёток под общим названием “Кровавые опричники Донбасса” моего друга – писателя, журналиста, антифашиста (легендарный МАЦ – Московский Антифашистский Центр) и “старого демократа” Евгения Карамьяна. Он назвал их “БУДНИ ЛУГАНСКОГО ГЕСТАПО И ДОНЕЦКОГО НКВД”.
Публикуя их, автор честно заявил, что хочет их горечью разбавить приторность футбольного триумфирования.
Я их размещаю почти без правки. Они – ужасны. Если третья часть цикла была посвящена “банальности зла” – жизнь в испарениях террора, то здесь – жуткая хроника палачества.

Вот они – свидетельства очевидцев. И – доводы для тех, кто не считает, что “Новороссия” превратилась в террористический гнойник в современной Европе.

Маленькая юридическая справка. Согласно позиции ЕСПЧ именно РФ как оккупирующая держава несёт ответственность за происходящее в ОРДЛО.

ВЕСЬ ЦИКЛ ЗДЕСЬ https://ikhlov-e-v.livejournal.com/700863.html

Е.В.Ихлов

***
Евгений Карамьян (вечер 22 июня 2018 года)

БУДНИ ЛУГАНСКОГО ГЕСТАПО И ДОНЕЦКОГО НКВД.

Записи разговоров с теми, кто прошёл застенки так называемой “Новороссии”.

Я хочу признаться, что долго морально готовился к этому тексту. Поверьте, даже мне журналисту с 28 летним стажем работы в профессии, с информацией очень тяжело вновь пропускать через сердце и разум истории которые мне рассказали те, кто соприкасался с госбезопасностью так называемых народных республик. Но это требует мой долг перед людьми, доверившими автору этих строк свои истории.
Небольшое наблюдение. Почти все, кто соприкоснулся с ГБ ЛНР или ДНР сегодня глубоко больные люди. Многие из них морально сломлены и психологически подавлены. Они нуждаются в реабилитации. Хотя, если честно я не уверен, что многие из них когда-нибудь восстановятся.
У людей прошедших через такой ад, просто искорежена психика. Они замкнуты в себе, их тяжело разговорить, но когда они начинают говорить то уже сложно остановить. Ты сидишь и слушаешь, и перед глазами встают кошмары. Они показывают шрамы от пыток, от сигарет. Одному из них даже отрубили палец. У меня не раз было ощущение что я слушаю истории тех, кто прошёл нацистское гестапо и сталинское НКВД.

Ещё одно наблюдение. Очень многие из них, говорят о том, что почти в каждой камере на стенах кровь. Сразу когда вас бросают в камеру видишь заляпанные кровью стены. Просто, следователи и палачи ГБ порой проводят допросы с пристрастием прямо в камерах.

Истории, которые вы сейчас прочтете, сами по себе кошмарные, они вызывают шок. Многие просто не поверят, что такое возможно в 21 веке. А вот я, журналист, который разговаривал с бывшими узниками ГБ “Новороссии” скажу сразу – я верю. Надо было просто видеть этих людей и ту боль с которой они это рассказывают. Такое невозможно придумать, это можно только пережить. И наконец, скептикам я скажу следующие и представляете ваш шок когда после освобождения Донбасса архивы госбезопасности будут открыты а места массового захоронения казненных людей будут найдены.

*
Итак, истории тех, кто выжил в аду «новоросского» гестапо и тех, кто по тем или иным причинам был вынужден соприкоснулся с палачами ЛНР и ДНР.

Имена интервьюированных изменены. Они прошли АД, и я просто не вправе их подставлять под месть негодяев, заливающих кровью Восток Украины.

Фархад (предприниматель из Москвы): моего брата который имел свой небольшой бизнес в Донецке арестовали осенью 2014 года. Арестовали за “диверсию против экономики Донецкой Народной Республики”. Он просто продал свой бизнес, а все деньги перевёл родне в Баку. Конечно, никакого преступления он не совершил, просто он спас семейные деньги и не отдал их бандитам. Руководство ДНР – это банда, я считаю их ОПГ. Но вернёмся к брату. Его жена сразу мне рассказала в беде, пришедшей в наш дом, и я сразу выехал в Донецк. Через несколько дней нам позвонили из госбезопасности и сказали, что Эльдар (так звали моего брата) умер от инфаркта. Я поехал с женой в Госбезопасность. Там нас встретил улыбчевый сотрудник и сразу сказал, что всего за 30.000 рублей российских мы можем забрать тело “заключенного”. Типа, они не звери и понимают, что родственники имеют право похоронить умершего по-человечески.

(Тут я хочу отметить что и в ДНР и в ЛНР активно практикуется практика продажи забитых на допросах или казненных заключённых на похороны родственникам. И это приносит неплохой доход. Сумма всегда разная, зависит от того какое финансовое положение семьи убитого. Но очень часто гебешники могут и обмануть, то есть деньги взять но тело не вернуть. Это происходит в том случае если человек перед смертью был так изувечен что публичные похороны могут стать просто опасными. Как правило останки изуверски запытанных людей сразу кремируются. Активно практикуют продажу казненных родственникам на похороны сотрудники госбезопасности ЛНР. Потому что в Луганске сегодня расстреливают даже за критику власти. Ну а тело убитого приносит доход. То есть в “Новороссии” казни стали обыкновенным бизнесом).

Я тут же послал одного из родственников за деньгами. Вместе с ним отправил и жену брата. После того как деньги были привезены, гебешники вывезли нам тело Эльдара на тележке. Типа, делайте чего хотите. Мы аккуратно погрузили его на задние сиденье автомобиля и уехали. Потом перед похоронами, когда стали готовить тело брата к похоронам по мусульманскому обряду. Мы заметили, что все его тело в гематомах и кровоподтеков. Эльдар умер не от инфаркта, а его просто забили насмерть.

*

2. Борис Моисеевич (Луганск): я давно на пенсии, но у меня есть своя частная, врачебная практика, я гинеколог. Доход не очень большой, но я вдовец, а дети и внуки в Израиле.
Итак! В один прекрасный, вернее для меня печальный день ко мне в квартиру постучали. Я открыл дверь и тут же получил прикладом удар по животу. В квартиру ворвались пятеро. Двое в штатском такой характерной кгбешной внешности, причём одного из них я даже знал он вроде служил в Беркуте, я консультировал его жену, думаю он и навел на меня. И трое в казачьей форме. Кстати, ударил меня один из казаков. Меня отволокли в комнату и несколько раз ударили уже сапогами по разным как говорится, частям тела. Потом усадили на стал. Старший заявил, что он из Госбезопасности, по-моему сказал из Народного Комиссариата Государственной Безопасности Луганской Народной Республики. Он стал требовать от меня все ценности и “припрятанное золото”, так и сказал – все евреи золото прячут. Я сказал ищите. Он заявил, что все имущество моё было украдено у русского народа. Если честно я и не помню, когда у кого я что-то в жизни украл. Но спорить не стал, лишь вздохнул. Затем мне объявили, что: “будет произведена конфискация незаконно нажитого имущества в пользу обороны ЛНР”. Приведу список изъятого: вынесли телевизор, старый DVD проигрыватель, бритву Филипс, компьютер, оба моих мобильных телефона и планшет, тостер, соковыжималку, и мультиварку. До сих пор не пойму, как поможет обороноспособности “республики” серебряные ложки, хрустальные пепельницы, и большой иудейский семисвечник.

*
3. А вот история луганчанина Андрея меня потрясла. Ему ещё повезло – он отписал свой бизнес на имя одного из родственников офицеров ГБ. Его не били. Но то что он рассказал, меня реально ужаснуло. Такого я даже не могу себе представить. Сидел Андрей в одиночной камере. Но в ней было хорошо слышно, что происходит в соседних камерах и разговоры охранников в коридоре. Каждую ночь из соседней камеры раздавались дикие женские крики. Из разговоров охраны Андрей узнал что в соседней камере содержится сестра одного из бойцов ВСУ, на которую донесли “бдительные” соседи. С смехом охранники говорили друг другу что “девке” повезло её допрашивают не только кулаком, но как пошутил один из охранников -“половым путём”. И ещё Андрей узнал, что несчастной попавшей в застенки к садистам из ГБ всего 16 лет.

Самого Андрея выводили на допрос редко. Ему даже казалось, что о нем забыли. И так продолжалось изо дня в день. Наконец, крики стихли. И из разговоров охраны Андрей узнал, что девушка сошла с ума и ей сделали укол с цианистым калием, а тело “утилизировали” в крематории. А ещё через день, как говорит Андрей – я подписал все бумаги какие от меня требовали, отдал все накопления свои и вышел на свободу. Надеюсь, что никакой девушки не было и что перед мной разыграли спектакль. Уж слишком жутко даже представить, что это может быть правдой. После освобождения мы продали все и переехали жить к маме жены в Калининград. Я стараюсь все забыть. Но по ночам мне до сих пор снится камера, и иногда я ловлю себя на мысли а вдруг это правда. И что в соседней камере была девушка 16 лет, которую насиловали и избивали каждый день, а когда она сошла с ума, её просто убили, а её тело кремировали.

*
4. Дмитрий (Донецк): меня арестовали за “связи с украинскими националистами”.
Дело в том что мой племянник был членом одной из украинских партий. Честно говоря, он живёт не в Донецке, и даже не знаю где он состоит. Как я понял из допросов что он служит в каком то из национальных батальонов. Меня даже удивило что у министерства госбезопасности есть списки личного состава национальных батальонов Украины.
Я сам – бывший военный пенсионер, думаю что у украинцев немало тех, кто за деньги продаёт секретную информацию. А списки личного состава сами по себе документ секретный в любой армии мира. При задержании меня избили. Затем перекрыли всю мою квартиру. И много моего имущества просто забрали. На все ответ -” конфисковано в пользу республики”. Причём, “конфисковывают”, как говорится и холодильник, и продукты, которые в нем. На все возражения следует удар по почкам и ответ: тебе “укроп” они больше не понадобятся”. Потом грузят в машину и увозят. Меня погрузили в военный ЗИЛ. Положили на пол, а на сиденье устроился гебешники в камуфляже. Он положил на меня свои ноги в сапогах. Время от времени следовал удар сапога в бок. Типа не спи замерзнешь…. У меня ощущение что в МГБ собрали всех садистов каких только можно.
Привезли в министерство. Опять побили и только потом приступили к допросам. Затем отправили в камеру.
(Дмитрий, как и другие тоже, рассказал, что на стенах камеры пятна крови).
Меня вызывали на допрос каждый день. Впрочем, били не часто. Но зато почти не кормили. Давали какую-то бурду кашицу и горячую кружку воды. Иногда охрана шутила могла растворить в чашке соль.
Мне ещё повезло. Дали всего полгода исправительных работ. Возили на грязные работы.

*
5. Арам (Луганск): меня арестовали за “терроризм”. За нападение на “русского”. Дело в том, что я дал по роже казаку, который оскорбил меня назвав просто так – черножопой гнидой, и что мало вас армян турки не всех вырезали. Просто этот приехавший из России казак слышал разговор в магазине с продавщицей – мой соседкой. Она мне сказала возьмите хмели-сунели, а то приправ мало осталось, и когда завезут непонятно. Я купил. А этот казак из России все слышал и стал меня грязно оскорблять. Я ему и двинул. Уже идя по улице к дому на меня налетела толпа казаков. Избили очень сильно. Затем подъехал их грузовик и меня отвезли в Госбезопасность. Бросили в камеру. Два дня никто не беспокоил. Пока я отходил от побоев. Но и особо не кормили, да и воды давали очень мало. Затем, в камеру пришёл следователь и двое подручных. Меня пинками и тычками усадили на стул и стали допрашивать. Я рассказал, как было. Следователь попался из числа тех, кого, видимо, русские прислали помогать “республике”. Для него все кавказцы на одно лицо, и он знает одно – что все враги и все…. Ваххабиты. Он мне прямо сказал, что я все вру, и что я напал на казака потому что я –мусульманин-ваххабит, который воевал в Чечне. Я ему в ответ: что я армянин и христианин. Что мой прапрадед григорианский священник. Что армяне первые на земле приняли христианство. Это почему-то особенно не понравилось следователю и меня опять очень сильно избили. Это стало началом кошмара. Меня не только били но и натурально пытали. Прижигали кожу сигаретами и под конец отрубили мизинец на левой руке. Я уже готов был сознаться что я – «ваххабит», но поменялся следователь. Его уже другое интересовало. Он стал убеждать меня в том, что им известно, что у меня есть родня в Воронеже и что я имею связи с русской оппозиции. Я подписал все. Меня оставили в покое. Я просидел месяц. Следователь мне говорил, что меня передадут в России, где меня будут судить, тут я не понял то ли за терроризм, то ли за экстремизм. Я, если честно, никого из русской оппозиции никогда не знал

***
Продолжение следует …