Home ИНФОРМАЦИОННЫЙ ОТПОР Виктор Семенов. Две войны, или Взгляд с другой стороны.

Виктор Семенов. Две войны, или Взгляд с другой стороны.

ВИКТОР СЕМЕНОВ·

Удивительный винегрет из кусочков истинных утверждений, жизненных наблюдений, мелко нарубленных научных данных и внутренних ментальных зажимов, не позволяющих додумать верную мысль до конца. Эта публикация вызвала наш интерес именно тем, что вперемешку с идеологическими догмами и заблуждениями автора здесь присутствуют и очень верные наблюдения. Мы понимаем, что бытовой национализм всегда был, есть и будет. Привязанность к родным местам — это естественное чувство каждого человека. Но, во-первых, это чувство направлено в прошлое и не ведёт в будущее, а во-вторых, этим чувством манипулируют, чтобы заставить идти на войну, якобы защищая родину, а на самом деле за интересы правящей элиты. Принимая это как проявление естественных инстинктов, мы, однако, не приемлем национализм как идеологию. Это и есть “всплывающий реликт” по меткому определению Эль Мюрида. Но автор почемуто не относит это определение к своим единомышленникам, делает для себя исключение. Принципиальное несогласие с автором публикации не мешает нам, тем не менее, увидеть некоторые очень верные мысли. При детальном разборе можно увидеть много интересного. Далее авторский текст без купюр, но с комментариями.

ЭЛЬ МЮРИД Две войны 2/23/2018

Две недели, как произошла бойня на Евфрате, в которой погибли несколько сот наших военных. «Наших» – это, конечно, обобщенно, так как немалая часть из них ранее воевали на Донбассе и строго формально, являются гражданами Украины, хотя они сами вряд ли так себя позиционируют. *1)

*1) Скорей всего, они считают себя россиянами, то есть нашими соотечественниками. Считать ли их «нашими» – это непростой вопрос, немногие из нас согласятся с ними консолидироваться.

У этой бойни есть одна — самая очевидная — линия, связанная с привычным скотским и бесчеловечным отношением к нашим военным со стороны власти. Линия на категорическое непризнание, ложь и еще раз ложь по любому поводу. *2) Вровень с властью соревнуются в омерзительной гонке пропагандисты, хотя к этой породе вопросов нет совсем. Совесть для этой публики только мешает ковать свою нищенскую зарплату. Холуйство — дешевый товар.

*2) “Родина тебя бросит, сынок. Всегда. Предупреждали же”. Ещё точнее по смыслу – кинет. И в очередной раз мы убеждаемся, что “Всегда”. (@Аркадий Бабченко)

Однако за разбирательством: сколько на самом деле погибло (хотя порядок чисел уже известен), несколько в стороне остается подоплека произошедшего. Как вообще возможно наличие на официальной войне незаконного вооруженного формирования на подкормке одного (а возможно, и группы) российских олигархов, работающего автономно от официальной войсковой группировки и более того — находящегося в крайне натянутых отношениях с «официалами», что тоже стало одним из открытий этой бойни. *3) Сам факт того, что «официальные» военные хладнокровно подставили под американский удар более полутысячи частных военных, идёт вразрез любой практике использования частных военных компаний любой другой страны. Можно только представить себе ситуацию, когда американские военные так же хладнокровно пускают в расход руками своих геополитических противников американских граждан из какой-нибудь «ХЕ». Честно говоря, не представляется. Последствия будут катастрофическими по всей вертикали управления.

*3) Про незаконные вооружённые формирования верно, они действительно вне закона, и этот факт перечёркивает пафос данной публикации. А сравнение с американскими гражданами здесь вообще ни при чём.

Тем не менее, это факт. В сирийскую войну воюют несколько субъектов, страной происхождения которых является Россия, но эти войны серьезно различаются и в отдельных местах, как можно убедиться сугубо эмпирически, даже прямо противоречат друг другу по целям. И это вызывает вопрос и желание найти ответ на него. *4)

*4) Ответ лежит на поверхности: все участники этой бойни преследуют свои собственные цели, а не какуюто защиту интересов России. Но это простой ответ. Есть более сложный и более научно обоснованный ответ. Читаем дальше.

Не стану особо тянуть — я думаю, что ответ на этот вопрос существует, и он вполне очевиден. Хотя и не понравится очень многим. Для начала сошлюсь на изложение небольшого отрывка из крайне полезной во всех отношениях книги одного известного писателя Кирилла Еськова. Причем он известен не только как писатель, а и как ученый. И как раз книга, о которой пойдет речь, написана Еськовым-ученым. Называется она «Удивительная палеонтология: История Земли и жизни на ней». Написана популярным и очень доступным языком, что не мешает ей быть глубокой по смыслу, а главное — крайне полезной для понимания массы процессов, не связанных в том числе напрямую с темой самой книги. В частности, Еськов касается вопроса системного сдвига (трансформации) экологической системы в период ее системного кризиса. Учитывая единство и многообразие форм организации различных систем (экологических, геологических, термодинамических, социальных и так далее) научный подход Еськова к проблемам фазового перехода в экологической системе легко экстраполируются и на социальную систему. *5)

*5) Можно сомневаться в правомерности экстраполяции, но если эти закономерности наблюдаются и в социальных, не только экологических системах, то резонно посмотреть на проблему и с этой стороны.

Кирилл Еськов говорит о четко выделенных стадиях фазового перехода, определяющих ход и течение кризиса экологических систем. С его точки зрения, фазовый кризис системы всегда носит внутренний характер. Внешний фактор может только ускорить его развитие. *6)

*6) Интересное замечание, из которого следует, что источник социальных проблем России находится внутри России. Во всяком случае не в Сирии.

Первое проявление кризиса – суверенизация системы. Каждый из отдельных блоков системы ведет себя так, чтобы сократить собственные издержки, пренебрегая общими издержками системы. Каждая из подсистем оптимизирует себя, пренебрегая интересами целого. Суверенизация приводит к росту напряжения в системе и вымыванию из нее наиболее развитых и специализированных видов (в биогеоценозах) [или социальных групп (в социосистемах)]. При этом общие издержки системы по веществу, энергии, информации растут, а ее устойчивость падает. Начало изменения системы сопровождается «всплытием реликтов». *7) Возникают архаичные формы организации. Именно всплытие реликтов маркирует момент острого и необратимого кризиса системы.

*7) И мы видим эти всплывающие реликты в ностальгии по Союзу, в возрождении РПЦ МП, образах Ивана Грозного (кровавого), Гитлера, Сталина… Собственно, ФСБ это всплывший реликт ЧК/НКВД/КГБ.

Далее вымывание видов (сообществ или деятельностей) ускоряется и происходит резкое упрощение системы с падением разнообразия. После этого система маргинализируется, ее управляющие ниши занимают недавние маргиналы, до этого находившиеся на периферийных позициях и в силу этого меньше затронутые кризисом. После маргинализации начинается новый эволюционный рост, быстрое усложнение системы и переход ее на новый уровень развития. По Еськову, маркером приближения перехода является суверенизация отдельных частей и подсистем экологической системы. А теперь обратимся от экологии к социальным моделям. Социальная система (государство, общество), войдя в состояние катастрофического системного кризиса, подчиняется ровно тем же последовательностям, одной из первых становится как раз суверенизация системы управления. Неважно, идет ли речь о диктатуре или о какой-либо форме демократического устройства, вхождение в системный кризис вынуждает различные элитные группировки начинать свою собственную самостоятельную игру, целью которой является выживание, а инструментом — борьба за ресурсы, так как состояние системного кризиса как раз и характеризуется сокращением ресурсной базы, дефицит которой необратимо разрушает баланс между устойчивостью и развитием системы, что и является ключевым признаком системного кризиса. У системы нет и уже не будет внутренних ресурсов, позволяющих ей одновременно удерживать свою устойчивость и в то же время контролируемо приспосабливаться к изменениям внешней среды и внутренних противоречий (за что и отвечает развитие). Система «замирает» и начинает бороться за «стабильность» любой ценой. *8)

*8) За исключением борьбы элитных группировок, которая есть, но не афишируется, все эти проявления системного кризиса как в зеркале отразились в недавнем послании Президента Федеральному собранию РФ. У ситемы уже нет и не будет ресурсов для решения внутренних социальных проблем, тем более для гонки вооружений. Но не будем отвлекаться на послание Президента, оно не для того готовилось, чтобы прояснить суть кризиса.

В реальной жизни это выглядит, как истошный вопль Путина: «Вы что, Майдан здесь хотите?» Да нет, конечно, не хотим, вот только Майдан — это реакция самой системы: выбраться из той мертвечины, в которую загоняет ее «стабильность», причем неважно, кто ее символизирует — Каддафи, Янукович, Путин. Майдан — не причина, он как раз следствие той катастрофы, которую создает сама власть. О чем Еськов и говорит: «…фазовый кризис системы всегда носит внутренний характер. Внешний фактор может только ускорить его развитие…» «Всегда» – ключевое слово. Исключений нет и быть не может, кроме какой-либо внешней тотальной катастрофы типа упавшего на Землю метеорита или войну с внешним противником на истребление. Россия сегодня вошла в штопор системного кризиса, причем это именно строгое определение той ситуации, в которой мы сейчас находимся. А потому впереди неизбежен фазовый переход — у путинского режима нет перспектив, он обречен. Другой вопрос, что кризис может быть разрешен по-разному, и разные маргинальные группы, попавшие в наиболее благоприятные для себя условия после обвала, могут после победы в неизбежной борьбе с такими же маргинальными группами повести новую систему в разных направлениях развития. После краха путинского режима мы можем пойти и в откровенную фашистскую диктатуру, можем создать буржуазно-парламентскую демократию, можем выйти на социал-демократический путь развития, возможно, даже на социалистический (хотя это, скажем прямо, сегодня весьма маловероятно, да и цена такого перехода будет крайне высока). Тем не менее, вариантов уже нет — крах путинизма объективен. Никогда еще мафия не могла создать устойчивого государства, она способна только сожрать существующее. Путинская Россия — это Мафия Стейт в чистом незамутненном виде, а потому у нее нет будущего. *9)

*9) Диагноз точный, ни убавить, ни прибавить.

Раз мы находимся в системном кризисе, мы неизбежно входим (и уже вошли) в фазу перехода к трансформации. А значит, система управления начинает процесс суверенизации, что в нашем конкретном случае выражается во все более ожесточенной борьбе различных мафиозных группировок путинского режима за ресурсы. Которых становится всё меньше. И их количество теперь будет сокращаться до самого конца режима. Война в Сирии — это ресурс. Путин может врать для охлоса, что стоимость войны меньше стоимости учений. Дело обычное — Путин не может говорить правду, по причине личных качеств — не знаю, но объективно ему тоже нет никакого резона не лгать. Его режим весь стоит на лжи, никакой другой идейной основы там нет. В борьбе за этот ресурс и вошли в жесткое противостояние несколько группировок. Одна из них представлена действующим руководством минобороны, другая — приближенным Путина, владельцем той самой ЧВК, о которой последние две недели не умолкают по всему миру. Проблема в том, что войну в Сирии Путин выиграть не может. Просто не может. Война — это соревнование ресурсов, технологий и организационных структур. Путинская Россия способна на равных и даже с некоторым перевесом бороться с иррегулярными группировками боевиков, используя прокси-силы в самой Сирии, однако ни с одним из системных противников выиграть эту борьбу не в состоянии. Интегральные возможности составляющих такой борьбы для России ниже, чем у любого участника этой войны, интересы которого противоречат кремлевским. Раз так — то единственным смыслом войны является ее максимальное затягивание и удержание некого статус-кво. Та же история, кстати, и с украинской войной — весь ее смысл для Кремля состоит в максимально возможном затягивании, при этом поддаваясь на внешнее давление тогда, когда градус противостояния грозит выйти за пределы возможностей Кремля. Естественно, что жизни миллионов людей, по которым эти войны идут катком, Кремль не беспокоят ни разу. Он о российских гражданах не беспокоится, что ему какие-то далекие туземцы, даже если они русские Украины. ЧВК в ее российском исполнении помогает удерживать сирийскую войну на относительно приемлемом уровне, решая задачу, с которой не может справиться «официальная» армия, так как при решении этой задачи уровень потерь будет зашкаливать даже при тотальном их засекречивании. Мы видим, что всю войну с ИГИЛ — противником очень серьезным — Кремль вел исключительно силами ЧВК, которая и несла основные потери везде: и в Пальмире, и в Акербате, и в Дейр-эз-Зоре, и в Абу-Камале, и вот теперь — в районе Хишама. Это и дает возможность автономных действий ЧВК в Сирии, так как армия вынуждена «терпеть» конкурента, не рискуя самой нести настолько тяжелые потери. Пока — оценочно — общее число потерь ЧВК за всю сирийскую кампанию можно оценить не менее чем в тысячу человек, что, безусловно, абсолютно неприемлемо с точки зрения «официальных» потерь. Однако «терпеть» – не означает бесконечно уступать лакомый кусок ресурса, который довольно щедро отпускается на эту войну. Не зря Денис Коротков из «Фонтанки», досконально (насколько это возможно) изучающий тему данного конкретного ЧВК писал, что начиная с Пальмиры, отношения между армией и частниками резко ухудшились, и перешли в нейтрально-враждебные. Причин много, но главная — продолжение той самой суверенизации уже в ходе самой войны. Владелец ЧВК воюет теперь так, как считает нужным, сдавая «своих» военных в аренду для проведения тех или иных важных наступательных операций фактически в обмен на какие-то уступки и преференции, в частности, в качестве примера можно привести уже известный договор «о разделе продукции» захваченных ресурсных промыслов Сирии. Мало того — одного из командующих «официальной» группировки армии в Сирии в открытую называют человеком владельца ЧВК, и его «ротация» на другого генерала привела к дальнейшему обострению отношений между официальной и «частной» войной путинских ставленников в Сирии. По всей видимости, подстава в Хишаме и стала следствием этой резко обострившейся борьбы, когда военные спокойно сдали американцам основную ударную группировку частников, уверяя американцев, что «ихтамнет». Ну нет, так нет. Значит, не будет — решили Штаты, не сильно разбираясь в хитросплетениях внутривидовой борьбы диких путинских выдвиженцев. И размазали полутысячную колонну по местным камням. Далее известно. Масштаб катастрофы оказался таким, что пришлось замазывать всех ее участников, причем наш «главнокомандующий» в данной ситуации ничего сделать не может — распад системы управления стал уже данностью, что бы там нам не вещали разные пропагандисты. У Путина вываливается из рук инструмент контроля, он не в состоянии противостоять развалу страны и его собственной камарильи, в которой война всех со всеми стала настолько очевидной, что любые прогнозы по ее ходу перестают иметь какое-либо значение. *10) Какая разница, в каком порядке падают куски льда у раскалывающегося на куски айсберга. Он все равно разваливается.

*10) За распадом системы управления не сразу последует распад официальных государственных структур. Пройдут выборы, будут приняты новые запрещающие законы, новые указы, ужесточающие условия всего что ещё шевелится. Кризис только набирает обороты и останавливаться не намерен. Находясь внутри водоворота фазового перехода, невозможно сказать: остановите поезд — я сойду. Остановить поезд не могут патриоты-националисты, так же как не способны на это и демократы, и социалисты, и коммунисты. Нам всем предстоит пройти через этот кризис. Нам всем предстоит скорректировать, а то и резко изменить свои убеждения. И кто-то из националистов, вполне возможно, после кризиса окажется нашим союзником.

related posts

Leave a Comment

Проверка только для незарегистрированных пользователей. Все комментарии премодерируются. *